Бойцы рассказали об издевательствах сепаратистов над пленными

О гуманизме

Хочу немного высказаться по анализу комментов у меня на страничке.

Сначала нас восприняли несерьезно и в комменты приходили дешевые тролли, которых я просто банила. Сейчас приходят уже либо специалисты, либо обычные люди, озабоченные проблемой, называющие себя гуманистами.

Отвечу вам по двум позициям, их может быть больше, но пока пусть будет две.

1. Системный подход.
Вы пытаетесь разделить войну в Сирии и войну в Украине, убеждаете нас, что там воюют разные люди. Я возражу. Каждый объект нужно рассматривать в его целостности. Воюющая армия рф, хоть в Сирии, хоть в Украине, имеет одного главнокомандующего, один генштаб, одно министерство обороны.
Мы боремся с армией вашей страны, подло напавшей на нас, оккупировавшей Крым и разбившей наш Донбасс. А вы пытаетесь свести все к личной мести – этот летчик лично в Украине не был, вот и не трогайте его. Пытаетесь оградить семьи военных от личной мести, а сами все к ней и сводите. Призывы к личной мести – это форма вашей психологической защиты. Дескать, я же против войны, вот даже у себя на фейсбуке как-то написал, что войну не поддерживаю, я уже и не виноват. Неправильный подход, вина за произошедшее лежит на каждом человеке.

Ваша страна – это единая система, от вашего имени стреляли у нас на Донбассе, отжимали Крым и давали разрешение вашему плешивому фюреру использовать войска, где ему вздумается. Если бы не вы, не было бы войны, каждый из вас внес в нее свой вклад, гуманисты.

2. О пленных.
Расскажу одну историю. Это было год назад, ранней осенью. Я была на работе, мне позвонил один мой друг из медслужбы нацгвардии, он тогда работал в Дебальцево:
– Катя, я в Харькове, можно мне к тебе приехать?

Я немного удивилась, он не предупреждал о визите, рассказала, как ему доехать, встретились. Думала, что ему что-то срочно понадобилось. Нет, он хотел просто поговорить, поделиться своими эмоциями. Вышел из своего реанимобиля, закурил, я смотрю – он весь черный, лица на нем нет, руки трусятся:

– Катя, у нас тут такая история произошла… Отправили пятерых ребят в разведку. Они заняли место в стороне от наших позиций, их увидел кто-то из гражданских и донес. Пришла группа спецов и их взяли внезапно, без единого выстрела. А потом нам подбросили четыре трупа. Я такого никогда не видел, руки-ноги вывернуты, перебиты, у одного полголовы снесено, живого места нет. Вот я их сейчас в морг привез. А пятого они в плен забрали.

Понимаете, кто мне это говорил? Человек, который на тот момент вывозил многих погибших и раненых из-под Славянска и Дебальцево, он был на рыбхозе, блок-посту, разнесенном российскими танками, вывозил людей оттуда и из многих других мест. Даже у него, видевшего на этой войне самое страшное, тряслись руки.

Мы с ним долго стояли, разговаривали, я пыталась как-то его успокоить, отвлечь. А в это время сама наполнялась его эмоциями, переживала вместе с ним. И думала о том, может ли быть прощение таким людям на этом свете или на том…
Не знаю.

Нам, переживающим войну, видевшим разбитые города и поселки, работавшими с морально изранеными людьми, вынужденными уехать из своих родных мест, общавшимися в госпиталях с ранеными ребятами с оторванными руками и ногами, бывавшими под обстрелами, хоронившими наших военных, не надо рассказывать о гуманизме, он у нас во внутреннем плане, в крови, мы его ощущаем каждой клеточкой своего тела.

Убирайтесь с нашей территории, а тогда уже просите, чтобы не было больше публикаций.

Гуманно прекратить войну.
Все остальное – мимо.

Катерина Яресько

Загрузка...