Российская экономика вступила в острую фазу

Российская экономика в первом квартале упала на 1,9% в годовом выражении. И это дало повод первому вице-премьеру Игорь Шувалову порадовать публику радостной вестью: кризис в России кончился, «за работу, товарищи!». «Постоянное апеллирование к кризису уже не уместно. Необходимо переходить к повестке развития», — заявил в пятницу первый вице-премьер Игорь Шувалов на совещании в Московской области, посвященном строительству.

А и действительно, живи да радуйся: превентивный ядерный удар по Америке мы наносить передумали, ни от системы SWIFT, ни от международных платежных систем нас не отключили, нефть с начала года выросла на 40%.

Впору лучиться сдержанным оптимизмом и демонстративно засучивать рукава, складывая при этом парадный рапорт о том, как партия и правительство, под чутким руководством мудрого Путина, преодолели происки врагов и побороли навязанный внешними врагами и обстоятельствами кризис. Население, заплатившее девальвационный и инфляционный налог, перешедшее на суррогаты из пальмового масла и в массе своей лишившееся накоплений, полюбит любимого руководителя еще больше, особенно если про окончание кризиса неделю-другую будут рассказывать по телевизору. Хорошо еще вернуть в программу «Время» постоянную рубрику «Вести с полей» и возродить передачу «В рабочий полдень».

Вопрос в том, насколько слова Шувалова о наступлении стабилизации и его же прогноз о возобновлении экономического роста к концу года соответствуют реальному положению дел. На первый взгляд, действительно наблюдается какое-никакое оживление. Рубль растет, спекулянты гонят наверх российские фондовые индексы. Банки снова начали осаждать своих и чужих клиентов «заманчивыми» предложениями рефинансировать старые кредиты и взять новые на специальных условиях «всего» под 20% годовых. И это нормальная реакция. Острая фаза не может длиться вечно. И даже смертельно больного раком мозга пациента можно реанимировать на время мощным разрядом электрического тока или прямой инъекцией адреналина в сердце. А после остается лишь надеяться, что опухоль как-нибудь сама рассосется, и пациент заживет лучше прежнего.

В случае с российской экономикой роль электрического разряда должен был сыграть девальвационный шок конца прошлого года, он же призван был стать главным стимулятором российского народного хозяйства (экономикой то, что мы наблюдаем сегодня в России, после всех антикризисных мер правительства называть все сложнее). А дальше вся надежда на возврат нефтяных цен ко все более комфортным уровням и постепенную отмену санкций, от которых изнеженный Запад страдает не меньше, если не больше стойких к испытаниям россиян.

К сожалению, этот сценарий, при всей его привлекательности, не слишком осуществим. Адреналиновый шок, во время которого пациент пребывает в возбужденном состоянии и демонстрирует необычную даже для здорового человека активность, длится недолго. Если никакого лечения, кроме адреналинового, пациент не получает, дела его плохи. Между тем, все застарелые болезни российского народнохозяйственного комплекса никуда не делись, и при нынешней администрации надежд на адекватное лечение нет.

Впрочем, считать нынешнее руководство наивными юношами, которые не имеют никакого плана «Б» на случай, если шоковая реанимация не сработает, не стоит. Если экономика вновь, как в 2012-2013 гг., перестанет оправдывать ожидания, можно устроить какое-нибудь очередное наступление сепаратистов на Юго-Востоке Украины и спровоцировать новые санкции и оттеняющий их взрыв ура-патриотизма , который  безболезненно для рейтинга поможет перейти с пальмового масла уже на машинное.

Максим Блант