Кремль начинает делать ошибки

 На фоне вполне себе кафкианских новостей, которые в последнее время обрушиваются на взъерошенную голову уже совершенно обалдевшего российского обывателя с регулярностью электрички, иногда все же попадаются и важные, и содержательные.

Те, что позволяют хоть как-то оценить происходящее окрест. Уходящая неделя исключением не стала. Но начнем все же с абсурда. Хотя нынче уже и не разберешь, что тут абсурд, а что — норма и закономерность.

С неба звездочка упала прямо милому в штаны… Ну, слава Богу, не все так ужасно. От падения ракеты в Архангельской области никто не пострадал. Пока, по крайней мере. МЧС уверенно заявляет, что топливо данного летательного аппарата не вреднее слезы невинного младенца. Однако некоторое чувство тревоги все же сохраняется. В первую очередь, надо думать, у немногочисленных жителей древнего русского села Заболотье, в огороды которого и рухнул неопознанный объект весом аж в десять тонн. Их, этих самых жителей, волнует несколько вопросов. Военное ведомство, сразу открестившееся от упавшей ракеты — дескать, в первый раз видим, ни ракетные войска, ни военный космодром не имеют к этому никакого отношения, — теперь аккуратно говорит про «неудавшийся эксперимент» с носителем, на борту которого была исключительно «измерительная аппаратура». Так вот селяне, разумеется, спрашивают, не основана ли оценка эксперимента как «неудавшегося» на том факте, что ракета вошла в огород, а не поразила коровник или, скажем, сельский клуб? А отсутствие взрыва — признак каких-то конструктивных недоделок или халатности персонала: забыли положить внутрь динамит? А еще местному населению хотелось бы заранее знать расписание будущих пусков…

От вестей с полей перейдем к теме неувядающей, вечно актуальной и неизменно бодрящей. Я, конечно, имею в виду тот поток мыслей и предложений, который теперь в режиме нон-стоп изливает на нас ведомство, по нелепому стечению обстоятельств именуемое Госдумой. 22 апреля депутат от партии «Справедливая Россия» Татьяна Москалькова (а вы всё Мизулина, Мизулина!) выступила с предложением переименовать МВД в ВЧК. Дескать, в России кризис и обострение классовой борьбы…

Сразу хочу предупредить — полностью поддерживаю! У меня лишь пара вопросов: а как в этом случае будет называться ФСБ? И как между этими ведомствами распределятся роли после объявления о переходе к решительным действиям по искоренению контрреволюции (или революции)? Еще позволю себе предложить несколько осовременить термин «красный террор». По-моему, «георгиевский террор» звучит нынче лучше. И не стоит обращать внимание на то, что враги сразу начнут называть его «колорадским». Тем более что с ними будет быстро покончено…

Действительно интересные и важные новости на уходящей неделе приходили с юга России. Главная, разумеется, отставка Александра Ткачева с поста губернатора Краснодарского края. Тут важно подчеркнуть, что его приход на руководящую должность в Минсельхоз вообще никакого значения не имеет. Ткачева могли назначить управдомом, директором автобазы или вообще объявить врагом народа и посадить в тюрьму. (Что, кстати, в свете последних предложений из Госдумы вовсе не выглядит нереальным.) Александр Ткачев сопротивлялся как мог — летал в Москву к Володину, встречался с разными другими важными персонами из АП, убеждал всех в своей абсолютной и стопроцентной лояльности, в которой, собственно, никто и не сомневался. Но ситуацию переломить не смог.

Проблема в том, что «сталинизация» общественно-политического пространства влияет не только на взаимоотношения власти и общества, способствует нагнетанию милитаристской истерии, превращает страну в «осажденную крепость». Она еще и требует определенного подхода к управлению элитами. Заветы вождя и учителя прямо указывают на то, что перетасовка этих самых элит — важнейший управленческий принцип, работающий на незыблемость центральной власти.

Ткачев стал большим и сильным. Что вовсе не исключает того, что руководимый им много лет регион погряз в коррупции и внутренних разборках. Но Россия безальтернативно входит в глубокий экономический кризис, тяжесть которого во многом ляжет на плечи регионов. А нужны ли Кремлю в этой нестабильной ситуации сильные губернаторы, пустившие мощные корни на местах, имеющие возможность в любой момент опереться на собственные кадры и, в конечном итоге, формулировать оригинальную повестку, которая неожиданно может не совпасть с федеральной? Не станут ли влиятельные губернаторы генераторами сепаратистских настроений, почувствовав, что в ситуации общего обвала давление центра слабнет?

Отставка Ткачева вполне убедительно отвечает на эти вопросы. Кстати говоря, откровенный демарш Рамзана Кадырова, о котором российская публика узнала в минувший четверг, в первую очередь несет в себе ответ именно на эту угрозу. Глава Чечни более чем доходчиво дал понять Владимиру Путину, кто на чеченской земле истинный хозяин, и фактически предупредил Кремль, чтобы он даже думать не мог о его замене.

19 апреля представители федеральных правоохранительных структур провели в Грозном спецоперацию по обезвреживанию преступника, находящегося в розыске, в ходе которой последний был убит. А в четверг Рамзан Кадыров на совещании с собственными силовиками сказал следующее: «…Как так можно задействовать опергруппу Ставрополья и СОБР, ОМОН и все структуры Ханкалы? Я этого не знал. На нашей территории такого не будет. Те, кто думает иначе, — ошибаются. Мы очень дорого заплатили за мир и порядок. С нами должны считаться… Если вы хозяева своей территории, то должны контролировать… Хватит. Нас унижали, оскорбляли. Мы не для этого принимали Конституцию, чтобы нас убивали, времена 2000-х прошли… Кому-то захотелось „сделать результат“ — забрали чеченца и убили. Такого не будет. Мы требуем закона… Я официально заявляю, если без вашего ведома на вашей территории появляется — не имеет значения, будь москвич или ставропольчанин, — открыть огонь на поражение…»

Тут важно помнить, что кадыровские силовики в Москве ведут себя более чем вольготно, а вот федеральных в Грозном после этого громкого заявления, видимо, начнут отстреливать. Ну, то, что Кадыров — не Ткачев, мы и раньше понимали. Как и то, что продолжить свою трудовую деятельность на ниве импортозамещения он вряд ли согласится.

Теперь, конечно, любопытно, как на это ответит Кремль. Если ему в принципе по зубам такой вызов…

Александр Рыклин