Украинцы продолжают наблюдать, как разваливается УССР и начинается Украина

Мы счастливые люди. Могли бы быть, как все. Жить себе спокойно, размеренно, пресно. От занятия до занятия, от пьянки до пьянки, от концерта до концерта и от получки до получки.

Как предки жили от урожая к урожаю и от набега к набегу. Жизнь была бы расписана по календарю, и взглянув на любой его день, ты бы примерно, плюс-минус, знал, чем будешь в этот день заниматься. Понедельник? Значит, пахать. Праздник? Значит, бухать. Всё вроде ясно.

А сейчас ничего не ясно.

В эпоху перемен

Подлая эпоха подарила нам царский и одновременно садистский подарок: лишила многих из нас самой возможности жизнь прожить, как нормальные обыватели — не задумываясь, плывя по течению, не реагируя на внешние раздражители. Даже если ты по жизни ровный цивил. Всё равно не факт, что получится.

У нас тут — снаружи и внутри — разваливается УССР и начинается Украина. И каждое культурное, географическое и календарное явление переосмысливается. И нас, брыкающихся и бурчащих, затягивает в этот поток осмыслений и рефлексий. Новая военная форма. Новые названия улиц, остановок, даже областных центров.

И новые праздники, да. Вот сегодня у нас что? День слабой и нежной женщины? День борьбы феминисток за свои права? День весны? День землянина с вагиной? Заменить его на День матери? Или вообще отменить? Нужны ли вообще праздники в честь формы гениталий и хромосомного набора?

Недавно было 23 февраля. Не знаю, как вокруг вас, а вокруг меня этот праздник был очень даже заметен: многие мужчины обещали дать в глаз тем, кто рискнёт здоровьем их поздравить. В конце я не выдержал и начал огрызаться: мол, ребята, если вы хотите, чтобы этот праздник забыли, не надо так громко рассказывать, как вы его НЕ отмечаете.

А 14 октября — Покрова и День Защитника. Можно ли на него поздравлять всех носителей мужской половой шишки — или всё же только тех, кто где-то служил? Спорим. Ругаемся.

А Рождество? Когда праздновать Рождество? Старый или новый стиль? Сложный богословско-календарный спор!

Все эти споры очень, очень утомляют.

Потому что заставляют рефлексировать. Осмысливать. Думать головой.

Это больно
Думать головой вообще утомительно, энергозатратно с точки зрения физиологии и забирает уйму времени. Неудивительно, что большинство людей стараются этого избегать.

За право не думать, не переосмысливать, просто следовать колее многие готовы отдать жизнь. Весь советский консерватизм — включая тот, что толкнул множество отечественных и запоребриковых остолопов на вступление в «ополчение Донбасса» — упирается в эту концепцию.

Они как бы кричат — «Оставьте мне мою улицу 19-го партсъезда!

Не потому, что мне дорог 19-й партсъезд. Строго говоря, я в рот… понятия не имею, что там на нём было. А потому что вы посягаете на моё право не думать, не рефлексировать, не выходить из колеи. Я так привык — а вы заставляете меня менять свои привычки. И, сволочи, спорить с вами — это же всё равно думать! Чтобы оппонировать вам, я должен лезть выяснять, что то был за партсъезд, и рассказывать, почему он мне дорог! Я всё равно должен мыслить!

А идите вы в пень. Я лучше скажу, что вы бандеры, и возьму автомат!»

Зайдите на любой городской форум, где обсуждаются переименования географических объектов. В комментариях в части «против» вы увидите множество людей с очень странными аргументами:

— Ой, да лучше бы заводы строили!

— Они на этом переименовании деньги попилят!

— Ой, да всё равно никто не будет её так называть!

Эти люди прекрасно понимают, что эти аргументы — пустой трёп. Что невозможно попилить денег на переименовании, например, троллейбусной остановки. Просто потому, что она стоит копейки — заменить пару табличек. Тут не попилишь. Критики, в принципе, в курсе.

Просто у них ПЕЧЁТ. Печёт от того, что им придётся переосмысливать даже такую мелочь. Печёт от необходимости рефлексировать. Запоминать новое название — и, возможно, связанную с ним историю.

Думать головой. Изменяться. Эволюционировать.

Злое время, хорошее время
Это настолько больно, что тысячи предпочли бы остаться в муляже совка — страны-монастыря, где всё уже давно за тебя решено, расчерчено и размечено памятниками Ленина на площадях Ленина — ну или, в качестве изыска, Октябрьской Революции.

— Я на Новый год буду смотреть «Иронию судьбы»! — кричат они.

В сороковый раз. Зная реплики до интонаций.

— Для меня эта улица всегда останется улицей Ленина!

На самом деле уже через полгода будет называть новым названием.

Нам бы поблагодарить Бога или эволюцию — или обоих сразу — за то, что задали нам необходимость осмысливать. Поставили нас в ситуацию, когда этого уже не избежать. Когда приходится думать, что значит тот или иной элемент военной формы, а не просто таскать её потому, что таскали три поколения до тебя. Когда приходится решать, что значит тот или иной праздник, нужен ли он тебе и стране, а не просто отмечать его, потому что «так у нас завсегда заведено». Когда жизнь становится осмысленной, оспоренной, отрефлексированной, когда за каждым её днем — твоё собственное решение, отношение, мысль. Когда страна, календарь, городская топонимика — это если не часть твоего труда, то хотя бы часть твоих усилий по осмыслению.

Это — благо.

А пока с днём вас! Чего именно — ещё определимся.


Загрузка...