Чем отличаются российские наемники от своих коллег из других стран

То, что произошло в Сирии — это вещь совершенно закономерная. Это ситуация, которая вполне укладывается в ту общую схему поведения, которую Кремль избрал для себя столетие назад — после большевистской революции.

Мы постоянно сталкивались с вооруженным вмешательством сначала советской России, потом — Советского Союза, а после его краха — ельцинской и путинской России в дела других стран, но так, чтобы это вооруженное вмешательство не ассоциировалось с государством.

Появлялись самые различные добровольцы и военные советники, которые на самом деле были не чем иным, как обычными советскими или российскими военнослужащими, переодетыми в другие формы. И эти люди просто устанавливали те режимы, которые были выгодны Москве, и помогали тем режимам, которые были выгодны Москве.

Самый яркий пример этого массированного советского участия — это, конечно, гражданская война в Испании. Ведь Советский Союз тоже не признавал своего участия — впрочем, как и другие авторитарные режимы, которые действовали на стороне генерала Франко, — но там были добровольцы, которые на самом деле были кадровыми советскими военными, откомандированными в Испанию для помощи республике. И в Советском Союзе об этом прекрасно знали и даже гордились теми людьми, но присутствия их там не признавали, и уж точно не признавали того, что это — военные регулярных воинских частей СССР, хотя за деятельность в Испании даже присваивали “героев Советского Союза”.

После Второй мировой войны к советским добровольцам прибавились и кубинские “добровольцы” в кавычках. Они тоже совершали самые различные военные действия на территории целого ряда стран, помогая тамошним режимам или устанавливая режимы. Но фокус этого — это как раз такой абсолютной безответственности государства за людей, которых переодевают из форм регулярных частей в форму наемников.

Могу сказать, что на Западе тоже так действуют: есть наемники, есть частные военные компании. Но отличие российского и советского подхода от западного в том, что на Западе — настоящие наемники, которые действительно никакого отношения к государству не имеют, а создают различные военные организации для заработка денег. И эти организации действительно могут оказывать влияние на политические процессы в целых государствах, как, например, на Коморских островах, где военный переворот был совершен наемниками во главе с легендарным Бобом Динаром.

При этом Боб Динар не был связан с Францией. Это была его частная инициатива по получению власти и влияния на Коморских островах при помощи тамошних политиков, которые призвали его.

В России все совершенно иначе, потому что речь идет о маскировке под наемников лиц, которые являются служащими Вооруженных Сил Российской Федерации или вербуются Россией для участия в тех или иных кампаниях. И Россия признает, как правило, только победителей.

Потому что, если мы вспомним, кампания по аннексии Крыма тоже начиналась с присутствия там “вежливых зеленых человечков”, которые не считаются российскими военнослужащими, хотя являются ими. И президент РФ Владимир Путин признал присутствие российских войск в Крыму уже после того, как эта аннексия произошла.

Но представьте себе на минуточку, что аннексия в Крыму получила такой же вооруженный отпор, как, допустим, получил вооруженный отпор рейд российских военнослужащих — или наемников, как их называют — на предприятие в Сирии. И они были бы уничтожены. И на улицах Севастополя и Симферополя пластами бы лежали трупы этих так называемых “вежливых зеленых человечков”. Что бы сказали в Кремле? Что они не имеют к этим людям никакого отношения, что это не российские военнослужащие — даже если бы показывали их жетоны, — что эти люди по своей воле пришли помочь крымчанам, и что это внутренний украинский конфликт, а России в Крыму никогда не было и быть не могло.

То же самое, кстати, российская сторона говорила, когда на Донбассе захватили двух кадровых российских разведчиков, которые затем были обменяны на Надежду Савченко. И эти люди были объявлены уволившимися из Вооруженных сил РФ, хотя они сами об этом ничего даже не подозревали — вплоть до того, что против факта увольнения одного из них свидетельствовала его супруга, работавшая в одной воинской части с ним, прекрасно знавшая, что никакого увольнения, очевидно, не было. И это делалось только для того, чтобы замаскировать регулярные Вооруженные силы РФ на территории Донецкой и Луганской областей. Как только появляются пленные и трупы, Россия сразу от них отрекается.

То же самое происходит в Сирии, и я не вижу тут ничего нового и сенсационного. Сенсация только в количестве уничтоженных российских военнослужащих. И если бы эти военнослужащие не были бы уничтожены, а, допустим, освободили бы какой-то населенный пункт, вполне возможно, что их признали бы людьми, которые имеют отношение к Вооруженным силам РФ. Поскольку они потерпели поражение и были ликвидированы американскими вооруженными силами, то их сразу признали несуществующими и стали говорить о том, что это просто люди, которые по своей инициативе куда-то отправились. Хотя мы видим, что этих людей вербовали для участия в различных диверсионных акциях российского руководства достаточно давно. Там есть люди, которые были на Донбассе, например, и так далее.

Это продолжение традиций тотальной безответственности российского государства (я бы шире сказал: общества, потому что эти люди никого не волнуют) за участие в военных действиях на чужой территории. Заметим, что на территории Сирии, возможно, погибало больше граждан РФ, чем в катастрофе самолета “Саратовских авиалиний”. Тем не менее, катастрофа этого самолета привела к отмене развлекательных передач на телевидении, объявлению траура и прочим естественным для цивилизованной страны актам сочувствия. А гибель такого же количества людей на территории Сирии, где, по словам самого российского президента, Москва помогает законом сирийскому руководству, привела к полному игнорированию этих потерь.

Загрузка...