Непрописанные нигде добровольцы очень многое сделали в предыдущие годы войны

Bзял комментарий у командующего Операцией объединенных сил генерал-лейтенанта Сергея Наева о ситуации с запретом добровольческим отрядам принимать участие в боевых действиях на фронте.

«Щодо ситуації з добровольчими підрозділами. Поважав і поважаю внесок добровольців, але є закон, який ми маємо виконувати. В рамках закону бачу тільки одне рішення – я пропоную бійцям добровольчих загонів, щоб вони укладали короткострокові контракти з Збройними силами. Командир 24-ї механізованої бригади Валерій Гудзь сьогодні запропонував добровольцям укласти такий контракт у його бригаді. Можливе укладання таких контрактів і в інших підрозділах. Зміни статусу добровольців не означає, що хтось намагається заборонити їм захищати Батьківщину або прибрати з фронту, вони будуть офіційно забезпечені усім необхідним, в тому числі озброєнням та боєприпасами. Найближчим часом запрошу для обговорення ситуації командирів добровольчих загонів, впевнений, я скажу їм в очі і готовий відповідати за свої слова».

Надеюсь, что будет найдено в ближайшее время компромиссное решение о судьбе добровольцев. Не понимаю, почему их нельзя оформить как территориальную оборону, как агентурную боевую группу.

Если будет официально заявлено, что добровольцы заключают шестимесячные контракты с теми подразделениями, командирам которых доверяют и в полосе ответственности которых воюют, на период пребывания этих бригад на фронте, и если добровольцам сохранят их командиров, и возможность действовать на опасных участках фронта, это было бы разумным компромиссом.

Формально все верно – добровольческих отрядов в законах не прописано, требования Наева – законные. Но ведь идет война – и вот такие непрописанные нигде добровольцы очень многое сделали в в предыдущие годы войны, и на войне надо действовать по обстановке.

Возникает вопрос – а зачем? В чем смысл во время войны полностью вливать в армию добровольцев? Ведь их немного сейчас, но они имеют принципиально иную качественную составляющую. К сожалению, значение добровольческих отрядов руководство страны не понимает. Уникальные подразделения, которые имеют гораздо более широкий спектр боевого применения и гораздо большую боеспособность именно из-за своего особого статуса, собираются влить все-таки в состав ВСУ. К сожалению, многие проблемы руководители рассматривают через призму бумаг, а не людей. Из-за этого так часты конфликты и обиды.

Чтобы пояснить, обращусь к цитате добровольца, который по предложению штаба АТО перешел в ВСУ. Это заслуженный воин – Николай Шафалюк, он был одним из командиров “Правого сектора”, и во время прошлых попыток “загона” добровольцев в ВСУ он вместе с товарищами перешел вначале в 54-ю мотопехотную бригаду, а затем в 46-й отдельный батальон 10-й горно-штурмовой бригады. 20 мая Шафалюк был в составе группы бойцов 46-го батальона, которая осуществила захват трех наемников под Горловкой, дело громкое.

“Є, наприклад, людина. Аватар. Чи крадій. Його звільняють – навіть за невідповідністю. Він іде додому, але розуміє, що у ЗСУ добре, що там платять гроші. Втрачає військовий квиток. Приходить у військомат, каже, що квиток він загубив. Йому роблять новий. Там, звичайно, нічого не вписано – і він знову спокійно приходить в армію. Може, я фантазер, але, як на мене, солдат ЗСУ мав би отримувати тисяч 50 гривень. Але за ці гроші відробляти від “А” до “Я”, не сидіти і не лежати на службі. Тоді і кількість можна навіть зменшувати. Якості в нас не вистачає… Зате, до речі, вистачає бюрократії. Це просто жах. Коли людина йде на контракт – треба попереджати її про необхідність взяти з собою пачок 10 паперу. Ти розвернутися не маєш права, щоб не написати якийсь рапорт. Я розумію, що це армія, що у всьому має бути порядок. Але довіри до солдата взагалі нуль.

Ще одна катастрофічна проблема – це те, що у армії взагалі немає патріотичного виховання. Знову нуль, просто нуль…

-Ти згадував про “хороше завершення кар’єри” у ЗСУ… Що робитимеш, коли закінчиться контракт? Повернешся додому чи знову вирушиш до нелегалів, до Да Вінчі?

– До Да Вінчі…

Я не кажу, що ніхто більше не воює. Але, знаєш, це як додому повернутися. Там усі рідні, всі свої… Багато молодих, але стара гвардія ж все одно присутня”.

Здесь четко понятно, что хорошие бойцы не анархию ищут, они ищут хороший коллектив. Почему нельзя легализовать добровольческие отряды, небольшие, в несколько десятков бойцов? Зачем опять в который раз пытаться загнать бойцов в ВСУ? Сейчас на фронте только те, кто воюет, шелуха отсеялась, этих людей беречь надо.

Для добровольцев важно, чтобы организация внутренней службы соответствовала их внутреннему порядку, чтобы были их командиры, которым они доверяют, чтобы они сохраняли свободу действий и могли применяться на самых опасных участках фронта. Не так много. Так почему бы не дать им статус подразделений территориальной обороны на Донбассе. и чтобы сохранить их самостоятельность? Это было прекрасное решение. И разрешить прием только для тех, кто служил уже в АТО.

А пока опять закрутили гайки для добровольцев. Военнослужащие ВСУ сейчас прячут бойцов-добровольцев во время проверок, предупреждают о приезде начальства, дают свою форму и шевроны. Зачем этот цирк ради нескольких десятков человек устраивать? Не лучше ли переосмыслить значение добровольцев сейчас и наоборот- поддержать их, создать новый формат боевого подразделения?

Источник

Загрузка...