Зачем нужны законы о реинтеграции Донбасса

Вчера в Раде опять был мордобой. Дрались из-за двух законопроектов, связанных с признанием Донбасса оккупированными территориями и исправлением этой прискорбной ситуации. Сегодня снова будут — если соберут кворум.

В пятницу это обычно сложно, потому что наши депутаты — большие трудяги (сарказм, да). Но, возможно, в этот раз будет исключение. Уж больно важные вещи на кону.

Что делают эти законы и зачем они нужны

Первый законопроект, №7163, признаёт отдельные районы Донецкой и Луганской областей временно оккупированными Российской Федерацией. Соответственно, отрицает любые нормы и решения, принятые оккупационной властью, включая переходы собственности. Фиксируется курс на возвращение этих территорий Украине и защиту граждан, пострадавших от российской агрессии.

Отдельно стоит упомянуть статью 7, вернее, её первый абзац:

«Під час здійснення органами державної влади України, їх посадовими особами політико-дипломатичних заходів із відновлення територіальної цілісності України в межах міжнародно визнаного кордону України забезпечується пріоритетність виконання безпекових положень Мінського протоколу від 5 вересня 2014 року, Мінського меморандуму від 19 вересня 2014 року та “Комплексу заходів” від 12 лютого 2015 року з метою створення необхідних умов для політичного врегулювання відповідно до норм і принципів міжнародного права та законодавства України».

Вот тут возник спор: одни комментаторы видят зраду в том, что в законопроекте вообще упоминаются Минские соглашения, которые они полагают слишком опасными для Украины. Другие видят перемогу в акценте на «безпекових положеннях» соглашений, а не на политической их части. То есть читают статью как «наш приоритет — настаивать на выводе российских войск».

Также чётко прописывается использование для восстановления территориальной целостности страны всего перечня доступных силовых структур, создание подчинённого президенту Объединённого оперативного штаба для их координации. На этот же штаб возлагается определение порядка перемещения людей и грузов через линию разграничения.

Что будет в случае принятия этого закона? Как минимум, он добавит всем действиям Украины внутренней и внешней легитимности. Уже никто не сможет рассказывать о «незаконном применении армии» (доселе она применялась согласно изменённому закону «О борьбе с терроризмом», и некоторым казалось, что это не считается), а на международной арене Украина сможет заявить о неприятии россиян в миротворческой миссии. Также он упростит координацию действий силовиков в зоне АТО. С другой стороны, на руководителя Объединённого штаба ляжет большая ответственность и большой соблазн: линия разграничения, порядок перемещения через которую он будет определять — клондайк контрабандистов.

Второй законопроект, №7164, продляет на год (дата отсечки — принятие предыдущего законопроекта) «особый порядок местного самоуправления в отдельных районах Луганской и Донецкой областей». Тот самый, что оговорен в Минских соглашениях.

Вроде как и ничего страшного — эти же нормы «особого самоуправления» действовали с 2014 года. Вернее, НЕ действовали с 2014 года. Потому что Украина трактует Минские как «сначала выведите войска, а потом поговорим» — а поскольку войска оккупантов выведены не были, фактически никакие особые порядки самоуправления (политическая часть Минских соглашений) не вводились.

Тем не менее, именно этот законопроект вызвал наибольшие бурления. Равно как и описанная выше статья 7 предыдущего.

Чего хочет президент

Подозреваю, что этой ночью, пока я пишу текст — чтобы всё (вырезано цензурой) и там (ещё раз вырезано). На эмоциональном уровне, и его можно понять. А на стратегическом — свести все позиции сторон к принятию обоих законопроектов так, чтобы:

окончательно обозначить Россию агрессором, а отдельные районы Донецкой и Луганской областей — оккупированными территориями в украинском правовом поле (с выходом к международному в перспективе);
выполнить условия партнёров по «Нормадскому формату», требующих от Украины хотя бы символических шагов навстречу мирному разрешению конфликта;
облегчить координацию силовых структур в АТО.
Чего хотят партнёры по «Нормандскому процессу»

Вывести конфликт на тот уровень, на котором мирное урегулирование будет возможно хотя бы потенциально. Поэтому для них важно, чтобы Украина не «сливала» Минские соглашения хотя бы де-юре. Это единственная бумага, под которой есть подпись представителей РФ и с которой можно работать. Как работать — это уже другой вопрос и предмет спора: Москва хочет «сначала политика (выборы), потом безопасность (вывод войск)», Киев — наоборот. Но документ должен жить. Именно поэтому появился второй законопроект с продлением самой возможности ввести в действие «Минские».

Чего хочет Москва

Мы не знаем.

В смысле, давно, плотно и стратегически Москва хочет интеграции Донбасса в тело Украины на своих условиях. И именно этого сценария больше всего боятся у нас как многие парламентарии, так и простые граждане. Вопрос в том, насколько прошедшие годы сделали её уступчивее и о чём договорились Волкер и Сурков. Очевидно, что позиции РФ сейчас слабее, чем были в 2014 году. Видны осторожные признаки сокращения ею своей вовлечённости в «проект Новороссия».

Но пока мы не держали свечку Волкеру, утверждать наверняка не получится.

Чего хочет парламент

Правые («Свобода», ПС и т.д.) хотят демонстративного отказа от Минских соглашений — и, соответственно, законопроекта №7164 и статьи 7 законопроекта №7163. И набрать электоральных симпатий в горячей борьбе за это.

«Самопомощь» хочет, чтобы в законе указывались конкретные даты начала оккупации, а также создания механизма люстрации чиновников, уличённых в симпатиях к террористам. А ещё, чтобы президент должен был испрашивать согласия парламента на использование ВСУ — в создании Объединённого штаба депутатам от фракции видится расширение его возможностей в плане приказов силовикам. При этом в законопроекте указано, что штаб управляет войсками непосредственно в рамках операции в Донецкой и Луганской областях, но «Самопомощь» это не успокаивает: мол, переходные положения выписаны недостаточно чётко. Возможно, отчасти это объясняется участием отдельных депутатов от «Самопомощи» в «торговых блокадах» оккупированных регионов и опасением, что Объединённый штаб может отдать команду убрать их оттуда со степенью нежности, свойственной военному времени. С политической же точки зрения «Самопомощи» важно не отдавать повестку борьбы за счастье народное упомянутым выше правым. Благо, тех недостаточно для блокирования трибуны, а вот «Самопомощь» — может, умеет, практикует.

«Народный фронт» вроде как бы и за законопроекты, но с рядом оговорок. По некоторым данным, именно его стараниями один законопроект превратился в два — в смысле, второй, маленький, выделился из тела первого. Но и в таком виде пункт о Минских соглашениях не нравится НФ. С той лишь разницей, что если правые требуют отменить его вообще, то в «Народном фронте» склоняются несколько раз продублировать в законопроектах норму о том, что любые политические телодвижения на Донбассе возможны исключительно после полного выведения российских войск. Здесь АП протестовать нечего: лишь бы в последний момент дополнительные условия НФ не выдвинул. А они возможны: вряд ли Арсену Авакову нравится тот факт, что части Нацгвардии будут де-факто подчинены не ему, а руководителю штаба, назначаемому президентом.

Вдобавок «Самопомощь», а также отдельные депутаты — тот же Рефат Чубаров — хотят дополнения Донбасса Крымом. Из серии «раз уж оформляем оккупированные территории, давайте все пакетом». Здесь АП тоже вроде возражать не должна — другое дело, что такая доработка законопроекта требует времени, а голосовать надо уже сейчас.

Что на самом деле нужно

Этот конфликт неизбежен. Не только потому, что у сторон процесса, как мы уже убедились, разные устремления, но и просто потому, что у нас до сих пор нет единого и очевидного для всей страны и для всего народа плана касательно Донбасса. Мы успешно тянем время — и надо признать, что пока что это работало.

Но у нас нет единого видения конечной цели — и под «нами» я имею в виду не только политиков, но и избирателей. Кто-то хочет отрезать Донбасс, отгрызть его по линии разграничения, как волк отгрызает ногу, попавшую в капкан. Кто-то — вернуть его без малейших уступок боевикам, даже без амнистии (а значит — силой, а значит — ценой огромных потерь, и хотелось бы верить, что те, кто придерживаются такой позиции, отдают себе в этом отчёт). Кто-то — вернуть сочетанием дипломатии, хитрости и военного давления.

Но рано или поздно мы выходим на вехи, на которых надо делать выбор в пользу того или иного варианта — как, например, сейчас. В оригинальном виде законопроект был в пользу третьего варианта решения вопроса оккупированных территорий. В каком виде его примут (или не примут) в конечном итоге — узнаем через несколько часов.

P.S. На момент сдачи статьи, невзирая на дымовые шашки в Раде, парламент принял законопроект №7164, а №7163 — принял в первом чтении.