Волонтёрить на четвёртом году войны – это уже или психическое заболевание, или бизнес, за редким исключением

Спустя три года войны государство должно уже полностью закрыть все проблемы с обеспечением действующей армии, поэтому сейчас волонтерство – это уже или психическое заболевание, или бизнес, за редким праведным и благородным исключением.

Весной 2014-го, до начала активной фазы войны под Славянском, трудно было собрать с миру по нитке даже на несколько бронежилетов. Первый добровольческий батальон НГУ (теперь имени генерала Кульчицкого) уезжал на войну практически “голый”, и мы понемногу, по частям довозили докупленные броники сначала в Павлоград, потом в Изюм.

Всё потому, что вначале у людей не было ощущения серьёзности происходящего. Позже, в мае, помощь потекла рекой – и в стране, и за границей собирались сотни тысяч, миллионы долларов, десятки тонн формы, снаряжения, продуктов… После подписания первого “Минска” полноводная река превратилась в ручеёк; во время боёв за ДАП – снова поднялась; когда окружили Дебальцево – помощь пошла потоком.

А сегодня её почти нет. Не потому, что жить стало “лучше и веселее”, а на самом деле беднее, но потому что надоело. Потому что спустя три года войны государство должно уже полностью закрыть все проблемы с обеспечением действующей армии. И это, кстати, одна из причин, почему я сам практически перестал заниматься волонтёрством. Волонтёрить на четвёртом году войны это уже или психическое заболевание, или бизнес. За редким праведным и благородным исключением.

Но если с подготовкой и обеспечением действующей армии всё более-менее сложилось, то со второй компонентой – подготовкой резерва дела обстоят гораздо хуже. Государство боится вооружённого народа; военное ведомство занимается подготовкой резервистов спустя рукава; а структура, призванная готовить граждан к защите отечества – т.н. ТСОУ – в действительности просто пилит бабло…

В обществе, между тем, есть большой запрос на качественную военную подготовку. Есть успешные проекты, уже подготовившие сотни и тысячи бойцов. И есть новые проекты, такие как ‘Стрелецкий легион” Святослав Стеценко, которые готовят бойцов на качественно новом уровне. Это интересно, и очень нужно. И делается не на государственные деньги.

Теперь вопросы. У нас есть разные курсанты; все патриоты, и многие – прошедшие войну. Но кто-то может себе купить снаряжение, оружие и боеприпасы, а кто-то не может. Готово ли общество, диаспора помочь малоимущим легионерам?.. У нас есть сотни гектар земли для организации настоящего полигона, стрельбища, и базы для обучения экипажей БПЛА. Нужны средства на создание минимальной инфраструктуры – оборудовать стрельбище, поставить пару бытовок, пробить скважину, сделать электричество… Нанять охрану… Готовы ли вы поддержать такой проект?..