Владимир Невеликий

История – это инструмент. Это грубо, это неправильно, но это факт. Инструмент для формирования нации.

Анна Ярославна наша. Потому что нам так нужно.

Смотрите. Есть такая штука – национальный исторический миф. Это что-то вроде бус – некая верёвочка времени, на которую как бусины насажены крупнейшие события в истории одной конкретной нации. Верёвочка тянется из времён формирования нации и устремляется в будущее. Бусины, нанизанные на неё – это войны, битвы, рождения и смерти исторических деятелей, открытие школ и постройка городов. То, что делает нацию нацией. Её история.

Так вот, национальные мифы Украины и России пересекаются намного чаще, чем нам хотелось бы. В первую очередь – в Киевской Руси, которую в России сейчас называют Древнерусским государством, чтобы имя украинской столицы не фигурировало в названии. Без Руси исторический миф России не имеет под собой фундамента. Без Руси вся история России будет висеть в воздухе, смешно дрыгая ножками. Более того – без Руси теряется идеология “триединства народов”. Идея, которую в России пропагандируют столетиями, идея про братство украинцев, белорусов и россиян (в котором последние, конечно, играют роль старшего брата). Поэтому Россия старается привязать Русь наглухо.

И вот это вот заявление Путина об Анне Ярославне – оно как раз из той оперы.

Можно, конечно, долго дискутировать с россиянами об Анне Ярославне, самом Ярославе и прочих деятелях Киевской Руси и не только её. Но это в принципе бессмысленно, потому что Россия с точки зрения своих интересов делает всё правильно. Она создаёт свой исторический миф, который позволяет решать её насущные внешне- и внутриполитические проблемы, и в первую очередь – проблему Украины, которая, разумеется, должна быть частью России, потому как Русь, общая история и деды, конечно, воевали.

Украина своим глобальным историческим мифом решает прямо противоположные задачи. И решает успешно. Внешнеполитических проблем у нас особо нет, на чужие территории мы не претендуем, и миф нам нужен в основном для понимания собственными гражданами своих корней: вот Русь, она Киевская, потом были казаки и Гетьманщина, потом УНР и ЗУНР, потом оккупация, а вот теперь – независимая Украина. Россия – сбоку. Она отдельно, мы отдельно.

Для создания исторического мифа, повторюсь, можно дискутировать, ссылаться на источники, взвешивать исторические находки – а можно просто брать и творить миф. Так, как нам нужно. Так, как трезубец стал нашим гербом, а гривна – названием денежной единицы. Если нам нужна в мифе Анна Ярославна – мы можем и должны ставить ей памятники во Франции (а Украина, сюрприз, так и делает). Нужен, например, Гоголь, даром что он был упорным русским монархистом и сторонником рабовладения – надо проводить фестивали его имени, отмечать дни Гоголя, проводить творческие вечера при посольствах и так далее. Через десятилетия – а раньше не будет – Гоголя будут воспринимать в мире как часть украинской культуры. Не нужен нам Гоголь, не играет он роли для нашего глобального мифа, для существования нации – можно этого не делать, не проблема. Было бы время и желание.

Да, тут есть моральные вопросы. Например, Булгаков – вот он часть украинской культуры или нет? С одной стороны, коренной киевлянин – с другой стороны, человек, презиравший ту самую украинскую культуру. Как быть?

Правильный ответ: так, как нам надо. С точки зрения тупого, упрямого прагматизма. Нужен нам Булгаков – будет украинцем. Нет? На нет и суда нет. Не будет. Забирайте, россияне. Нам Анна Ярославна важнее, без неё не формируется концепт связей Украина-Русь-Европа. А он нам сейчас нужен.

История – это инструмент. Это грубо, это неправильно, но это факт. Инструмент для формирования нации. Инструментом надо уметь пользоваться. И мы, как ни странно, неплохо умеем. Именно поэтому на памятнике Анне Ярославне во французском Санлисе написано: Anne de Kiev Reine de France. “Анна киевская, королева французская”.