В Манчестере достигнуто максимальное число факторов “идеального” теракта

Взрыв в Манчестере ещё раз показал: террористы будут бить по самому больному и как можно громче.

“У меня нет слов”, — написала в Twitter Ариана Гранде через несколько часов после того, как на её концерте в Манчестере, уже после финальной песни, прогремел взрыв. Слова, по крайней мере, новые, брать действительно неоткуда.

Не став, слава богу, обыденностью, массовые теракты в то же время встроились в некий общий длинный ряд. Обожжённые трагедией люди сталкиваются с тем, что в их распоряжении лишь те слова, которые уже были сказаны раньше в подобных ситуациях. А для этого конкретного горя специальных слов нет.

Ряд подобных трагедий настолько насыщен, что без труда находятся символические годовщины. В этот раз сразу обратили внимание на то, что 22 мая 2013 года произошло резонансное убийство Ли Ригби. Британского военнослужащего на юге Лондона сбила машина, и вышедшие из неё люди добили солдата ножами. Они не стали убегать после убийства, требуя у прохожих, чтобы те снимали их на мобильные телефоны на фоне трупа. Преступники оказались радикальными исламистами, причём достаточно известными властям. Случайно ли совпадение дат?

Точно не случайно совпадение с обстоятельствами серии террористических атак в Париже 13 ноября 2015 года. Тогда исламисты пытались произвести взрывы во время матча сборных Франции и Германии у стадиона “Стад де Франс”, на котором к тому же присутствовал французский президент. Что-то пошло не так, и именно здесь, где они предполагали нанести максимальный ущерб с предельным резонансом, у них ничего не вышло. Смертнику, взорвавшему себя в фойе стадиона в Манчестере, “повезло” больше.

Эти кошмарные эпизоды напоминают серии из знаменитого британского сериала “Чёрное зеркало”, где массовая культура с её зашкаливающей медийностью предстает как поле для невиданных преступлений. Смартфон нынче становится обязательным соучастником показательных убийств.

В манчестерском случае достигнута максимальная концентрация факторов “идеального” террористического акта. Американская поп-звезда Ариана Гранде, которая сейчас проводит большой европейский концертный тур, считается одной из самых популярных в мире персон, за чьей жизнью следят миллионы людей. В Инстаграме у нее сто с лишним миллионов подписчиков, по этому показателю её опережает только Селена Гомес. Аудитория певицы — тинейджеры, в основном девочки, буквально живущие в социальных сетях. Они же и составляли публику на её концерте, придя туда либо со старшими, либо сами. Ударить по детям, по девочкам, что может быть больнее? И получить мгновенную многомиллионную реакцию. Это был явно заранее рассчитанный эффект.

Как можно больнее и резонанснее — вот цель людей, которым самим жить надоело, но противно, что жизнью наслаждаются другие. Цивилизация защищается, в крупных европейских городах вооружённые патрули становятся обычной частью ландшафта. В Британии после мартовского теракта у парламента, пишут, дня не прошло без арестов в среде местных исламистов, и всё равно не удалось уберечься.

Здесь нужно написать ещё что-то, про девчонок, которые были на седьмом небе от счастья после выступления своей любимицы, на концерт ехали фанаты далеко из-за пределов Манчестера, и в этот момент полного восторга… Но нет, слов нет.