Уезжать из Украины можно, когда это не снижение уровня сложности, а простая смена обстановки

Уехать из Украины, если надо будет, мы успеем, потом, когда это будет не бегством, а отъездом, не «свалил», а «выехал», не снижением уровня сложности, а сменой обстановки, когда за спиной останутся не разбитые дороги, хмурые лица и долги по ипотеке, а большая, счастливая страна.

Украина имеет бледный вид. Это правда.

У нас бедная — объективно бедная, а не «богатая, но ограбленная», как любят себя успокаивать некоторые фантазёры, страна. У нас проблемы с политикой, с экономикой, с инфраструктурой, с общим культурным уровнем. У нас плюют на землю и паркуются на трамвайных рельсах, целые регионы живут с контрабанды и браконьерства, а в других вечером лучше не гулять по улицам. Наши социальные лифты больше похожи на социальный мусоропровод, наши элиты вдохновили бы Босха и напугали Лавкрафта, а в городе-сателлите Киева никто из чиновников не замечает, что карта страны прямо под местной администрацией вывешена без пары регионов. И как будто мы сами не справляемся с благородной миссией самоуничтожения, у нас на границах формирует ударные части страна со второй в мире военной мощью.

Всё правда.

Кто-то скажет, что это разумная причина отсюда линять.

Я скажу, что это разумная причина здесь остаться.

Всё дело в том, что люди грешны по-разному. В ком-то сильнее жадность, но в ком-то — гордыня.

Проще всего пояснить на аналогии с компьютерными играми. Во многих из них победа — это просто. Нажимаешь на тильду, открывается консоль, вводишь чит-код — вуаля. У тебя сто тыщ пятьсот патронов, возможность ходить сквозь стены и глаза зловеще светятся. Или просто идёшь и выставляешь уровень сложности «проще некуда». Тогда монстры от одного твоего вида помирать будут, и даже жульничать с консолью не надо.

В жизни тоже есть похожие варианты. Например, начать воровать и жульничать. Это, конечно, читерство, но часто срабатывает. Или сменить страну проживания на ту, в которой делать то, что ты хочешь делать, намного проще. В первом случае — все осудят, но поймут. Во втором — все поймут и никто не осудит.

Кроме собственной гордыни.

Гордыня хуже совести: с последней люди часто успешно справляются, утопив её в коньяке или виски. Гордыня же не тонет. Куда деть осознание того, что ты намеренно избрал путь наименьшего сопротивления? Что ты мог выйти в дамки, но вместо этого перевернул доску?

О нет, я не осуждаю уехавших: некоторые игры ведутся только на зарубежных досках. Но строго говоря, ребята, мы уже ввязались в игру здесь. Выйдя на Майдан, мы ввязались в строительство новой страны, и будет непросто объяснить себе, почему мы не прошли эту дорогу до конца. Тем более сейчас, когда есть возможность…

О возможностях

Вызовы, которые сейчас стоят перед Украиной, — огромны.

То, чего нам уже удалось достичь, — невероятно и нарушает все законы прагматичного видения мира. Мы прыгнули в пропасть и отскочили от дна. Теперь наша задача — так быстро махать руками, чтобы вылететь из неё. И вы будете смеяться, но пока у нас получается.

Я не устаю повторять: нынешние времена круче всех тех, которыми у нас принято было восхищаться. Наши Треті Визвольні Змагання больше, мощнее, масштабнее, восхитительнее, чем были первые и вторые. На кону много большее. Мы уже не собираем ополчение, не партизаним, не носимся по посольствам с требованием признать нашу страну до вторника, а то в четверг в Киеве опять власть изменится. Мы воюем. Мы строим страну.

Хреново строим. Медленно, с ошибками, с матом, ляпами, перекурами, роняниями на ногу и множественными Майданами. Как и следовало ожидать от людей с нулевым опытом в строительстве нормальных стран.

Но лучше, чем те, кто были до нас. Лучше, чем большинство из тех, кто изображён на наших деньгах и героизирован в наших учебниках. Они все обосрались. С разной степенью проявленного в процессе героизма, но обосрались. Мы — пока нет.

Мы выдерживаем экономическое давление, военное давление, информационные кампании. Мы сражаемся на фронте и ругаемся в тылу, выползая из ямы по сантиметру, по проценту ВВП, по строчке новой песни. Мы фактически строим под собой корабль в море во время шторма, под обстрелом вражеского линкора и без отрыва от склок в команде. И отстреливаемся. И попадаем.

Уходить в такой момент?

Ребята, да что мы внукам расскажем, если сейчас скипнем? Сказку про Синдереллу на плохом английском? Что собирать клубнику в Польше было безопаснее, чем служить в 54-м ОРБ? Что в Канаде можно было быстрее скопить на джип и чаще убирали в подъезде?

Каждый нормальный человек с руками не из задницы и головой не в ней может убрать в подъезде. Почти каждый может найти возможность рано или поздно начать нормально зарабатывать. Возможность построить страну выпадает раз в тысячелетие. Возможность войти в историю зачастую не выпадает вообще. А мы сейчас на ней стоим — просто она настолько большая, что не все её видят в упор.

Уехать из Украины, если надо будет, мы успеем. Потом. Когда это будет не бегством, а отъездом, не «свалил», а «выехал», не снижением уровня сложности, а просто сменой обстановки. Когда за спиной будут оставаться не разбитые дороги, хмурые лица, долги по ипотеке и родители с потухшими глазами, а большая, счастливая страна. Страна, которая выкарабкалась — которой уже не грозит ни вражеское вторжение, ни экономический коллапс, ни внутренний раскол, ни развал вцепившимся в руль идиотом. Страна, у которой будущее будет и без нас. Страна, чьё создание мы поставим себе в зачёт и запишем в achievements, страна, в которой потом напечатают учебники с нашими фотографиями.

Правда, из такой мы не сможем уехать. Потому что мы уже будем не просто её жителями, а её частью.

И так и будет выглядеть наша победа.