У Петербурга не должно быть ни единой причины, чтобы протестовать против моста Ахмата Кадырова

Формально у Санкт-Петербурга не должно быть ни единой причины, чтобы протестовать против моста Ахмата Кадырова.

Уж коли Чечня – часть России, а Кадыров – тот человек, который помог ее вернуть, то почему его имени не должно быть в российских топонимах? Напротив, он там быть обязан. И если Питер – город-музей под открытым небом, то почему среди его экспонатов не может быть имени человека, помогавшего снова сделать Чечню – частью России?

А может, в том и проблема, что Чечня – это не совсем часть России?

Все дело в том, что питерская интеллигенция, пытающаяся робко протестовать идее переименования моста, вряд ли сможет назвать вещи своими именами. Просто потому, что ей придется нарушить сразу несколько статей российского УК. Например, говорить о том, что в судьбе Чечни никакой точки еще не стоит. Что сам Кадыров-старший, воевавший против федеральной армии в первую чеченскую, слишком противоречив для российского города. Что нынешний реальный статус Чечни вызывает вопросы о том, кто кого победил во второй чеченской. Что многомиллионные бесконтрольные дотации слишком уж напоминают выплату контрибуции. Что Чечню с Россией связывает два столетия перманентной войны, а это очень сомнительный раствор для совместного госстроительства.

Мы слишком часто привыкли слышать от России поучения о том, где заканчивается Украина. Но рано или поздно мы станем свидетелями другой дискуссии. Например, о том, где заканчивается Россия. И о том, что такое Россия вообще.

Павел Казарин


Загрузка...