Остается непонятным, как поступить с Резолюцией ООН, закрепляющей “Минские соглашения”

Внесенный в Раду Президентом «Проект Закону про особливості державної політики із забезпечення державного суверенітету України над тимчасово окупованими територіями в Донецькій та Луганській областях», как и ожидалось, сразу же вызвал бурную дискуссию.

Относительно закрепления статуса России как агрессора, оккупированных территорий и пр. вопросов нет. Всё в точку.

Вопросы возникли относительно ст. 7 законопроекта №7163. Там, где говорится про «пріоритетність виконання безпекових положень Мінського протоколу від 5 вересня 2014 року, Мінського меморандуму від 19 вересня 2014 року та “Комплексу заходів” від 12 лютого 2015 року».

Главный аргумент – мы что, собираемся ввести в украинское правовое поле документы, подписанные главарями «ЛДНР»?

О своем, мягко говоря, скептическом отношении к Минским соглашениям (и обр. сентября 2014-го, и февраля 2015-го, хотя это по сути продолжающие и дополняющие друг друга документы) я говорил неоднократно. Мнения своего менять не собираюсь.

Но есть следующая проблема. Да, сами Минские соглашения как таковые мы можем критиковать бесконечно и беспощадно, камня на камне от них не оставляя. Но есть и другой документ – Резолюция СБ ООН №2202 от 17 февраля 2015 г, приложением к которой и являются те самые Минские соглашения («Комплекс мер», к-рый, в свою очередь, базируется на более ранних «минских документах»).

А это уже совсем другие спорты, документ совсем другого уровня и статуса.

Как нам поступить с этой Резолюцией СБ ООН, закрепляющей “Минские соглашения” – сказать затрудняюсь. Но игнорировать факта ее существования мы не можем по определению.


Загрузка...