Легкая пехота кончилась, а стандарты НАТО положены под сукно

Бригада быстрого реагирования НГУ (3018) приступила к выполнению «служебно-боевых» задач по обеспечению безопасности песенного конкурса «Евровидение» в городе Киеве.

Два года назад, когда с подачи Юрий Бутусов начинался проект создания новейшей профессиональной бригады лёгкой пехоты по самым передовым стандартам в структуре Национальной гвардии Украины, я был настроен более чем скептически.

Как человек в прошлом военный, как офицер, я считал (и считаю), что успех военной реформы, создание современной армии напрямую зависит от желания, понимания, опыта, и воли ключевого военного руководителя – министра обороны, начальника Генерального штаба, командующего НГУ.

Если эти люди не хотят или не умеют делать настоящие реформы, или высшее военно-политическое руководство страны не даёт им необходимых полномочий, то всякие потуги реформировать армию, или часть её, создать некие «островки роста», «точки приложения силы» в виде экспериментальных воинских частей и подразделений обречены на провал.

Тем не менее, к концу 2015 года я активно включился в процесс становления новой воинской части – прежде всего потому, что никакой другой возможности хотя бы попытаться что-то серьёзно изменить не видел.

Я пропагандировал это начинание, вербовал хорошо знакомых мне людей с опытом боевых действий, пытался убедить руководство НГУ в необходимости внедрения сетецентрической модели управления в рамках формируемой бригады. Наша волонтёрская группа «Матрица технологий» обучала беспилотчиков, передавала дроны, автотехнику, оборудовала базу беспилотной авиации в бригаде. Мы сопровождали личный состав бригады в первой командировке на фронт, доучивали людей в боевой обстановке, обслуживали и ремонтировали технику.

И занимаемся этим до сих пор. И наши подопечные успешно выполняют боевые задачи. И всё действительно не так плохо – в целом, в общем, в сравнении с другими бригадами НГУ и ВСУ. Но…

Но этого для реформы недостаточно. Конкретное, детально проработанное предложение для бригады – с набором оборудования, и даже с источниками финансирования – по построению сетецентрической системы сбора информации и управления боем отброшено за ненадобностью. Туда же улетело и предложение по созданию беспилотной службы в бригаде.

Бригада не получила ни одного из десятков закупленных Национальной гвардией беспилотников, и по-прежнему «летает» только на волонтёрских. Не получила бригада и многое из боевой техники, которая была обещана, зато разномастный зоопарк бронеавтомобилей сводит с ума службу обеспечения… Нет никакой реальной боевой подготовки с взаимодействием средств ведения разведки и целеуказания, артиллерии, танков… Фактически вся подготовка сводится к индивидуальной, и в составе подразделения – кросс, огневая, холощение, кросс, огневая, холощение… Этого мало. Как и бесконечно мало «стандартов НАТО», хотя бы на уровне формализованных процедур… А бесплодное стояние на второй линии обороны угнетающе действует на «боевиков» – профессионалов, которые шли в бригаду воевать.

Теперь круг замкнулся. По сути, в структуре НГУ появилась ещё одна воинская часть, усиленная бронетехникой, укомплектованная на контрактной основе, но всё равно – жандармская. И само по себе это может быть и не плохо – практически в каждой стране есть в том или ином виде жандармерия, внутренние войска – и эти воинские части, безусловно, нужны. Но только это не лёгкая пехота, и это не «стандарты НАТО». Попытка начать реформу в рамках одной воинской части не удалась. И по сути не могла быть успешной. Потому что у нашей Национальной гвардии крепкие вэвэшные корни с генеральскими дачами на полигоне в Старе, и задачи, которые ставит перед НГУ наше военно-политическое руководство – практически те же, что и стояли перед бывшими ВВ.

Да, подразделения Нацгвардии хорошо сражались в начальный период войны – наравне с армейцами и добровольцами, но постепенно, тревогами нашего президента и заботами начальника Генерального штаба НГУ отодвинули на второй план, вытеснили на вторую линию, и теперь окончательно превратили в жандармерию.

В 2014-м, после Майдана я хотел верить, что возрождённая Национальная гвардия, переименованные ВВ станут необходимой военной компонентй подготовки резерва и защиты Конституции – подобно Национальной гвардии США.

Даже писал законопроект на эту тему – система военного всеобуча, профессиональный резерв, базы подготовки во всех областных и районных центрах, склады оружия, система оповещения, батальоны территориальной обороны, закон об оружии для гвардейцев… Но потом началась война, и новая Нацгвардия, бывшие вэвэ, наши противники на Майдане показали себя с лучшей стороны.

Потому что патриоты. Но этого теперь недостаточно. Нам нужна действительно народная, национальная Национальная гвардия, а не средство усиления полиции на песенных конкурсах, и не репрессивная машина в руках правящей охлократии. А жандармерия пусть будет жандармерией – ничего постыдного в этом нет. Надо только уметь различать, не жонглировать словами, и не обманывать людей.