Готовы ли украинцы заплатить за своё примирение такую же цену, как испанцы

В 1936–1939 годах полмиллиона испанцев погибли в конфликте, и немалая часть из них полегла не на поле брани, а во время политических репрессий, проведённых обеими сторонами.

Сотни испанских городов лежали в руинах, и все ненавидели всех.

К смерти испанцев приложили руку не только свои левые и правые, но и нацистская Германия с коммунистическим СССР. И добровольцы-волонтёры с обеих сторон — всем им земля стекловатой. В результате кровопролитной братоубийственной войны верх одержали сторонники Франко, и Испания, к счастью для её народа, не участвовала во Второй мировой. Плох был каудильо или хорош, но он правил до 1975 года, до самой смерти.

“Наивно ожидать, что смерть Франко создаст чудо. В политическом будущем Испании я вижу много тьмы и почти никакого света; мой прогноз однозначно пессимистический”, — писал в 1976 году известный испанский социолог Хосе Амодия в книге “Политическое наследие Франко”.

И Амодия был близок к истине.

Все ненавидели всех. Правые дрались с левыми, баски и каталонцы с кастильцами. Набирала ход чудовищная инфляция, экономика агонизировала, и не было в Испании темы важнее, чем выяснить, кто именно прав, а кто виноват в её гражданской войне. Всё остальное было побоку, несущественно, неважно. Террористы ЭТА взрывали бомбы, в ход шли автоматы, ножи, ружья, газетные статьи. Ненависть — вообще весьма увлекательная игрушка для масс. Ничто так не радует голодного обывателя, как кровь политического противника на мостовой. Испания медленно скатывалась в новую гражданскую войну.

К сожалению, это не понимали на улицах.

К счастью, это понимали во дворце Монклоа.

Именно в этой резиденции короля Хуана Карлоса при участии всех политических сил Испании (кроме баскских сепаратистов из правого крыла неофранкистской партии Alіanza Popular і Batasuna) был подписан пакт национального согласия, получивший название Пакта Монклоа.

Основные его участники брали на себя определённые социально-экономические обязательства, при этом идя на обоюдные уступки. Оппозиция предоставила правительству мандат на проведение жёстких антиинфляционных мер, включая замораживание заработной платы, снижение расходной части бюджета, ограничение кредитов убыточным предприятиям. Но и правительство брало на себя определённые обязательства: внедрить систему прогрессивного налогообложения, реорганизовать финансовую систему, принять меры по борьбе с безработицей, расширить свободу слова, усилить парламентский контроль над государственными средствами массовой информации.

Был определён и срок “перемирия” — один год. Благодаря мощной поддержке со стороны всех общественных организаций, профсоюзов, церкви очень скоро Пакт Монклоа получил одобрение подавляющего большинства общества. Он был чуть ли не единодушно проголосован депутатами в парламенте как закон.

С этого момента начался экономический подъём Испании, масштабные реформы и преобразования в самом обществе, открывшие ей дорогу в будущее и Евросоюз.

Чуть не забыл! В первую очередь пакт предусматривал примирение в вопросах понимания испанской истории и прекращение поиска правых и виноватых в гражданской войне. Полмиллиона жизней — достаточная плата за возможность примирения.

В Долине павших в Сан-Лоренсо-де-Эль-Эскориаль, в огромном мемориале, возведённом в память о погибших в гражданской войне, покоятся коммунисты, анархо-синдикалисты, анархисты, монархисты, социал-демократы, фашисты и интернационалисты. Здесь же лежат каудильо Франко и отец всех фалангистов Хосе Антонио Примо де Ривера.

И над всеми ними поставлен огромный памятный крест. И одна надпись служит им всем эпитафией: “ОНИ ЛЮБИЛИ ИСПАНИЮ”.

Даже в момент противостояния внешней угрозе, даже в момент отражения прямой агрессии, даже в момент, когда взаимоотношения внутри общества поляризованы и когда в любом чужом мнении нам слышится запах селитры, помните о том, что вы любите, соотечественники. Не о том, что ненавидите, а о том, что вас объединяет.

Главное не сиюминутное. Не принадлежность к партии. Не приверженность левой или правой идее. Не язык, на котором вы любите или спорите. Власть временна — земля и небо над ней вечны. И любовь к этой земле и этому небу — то, что определяет цели и суть человека.